Наша поездка в Денеши состоялась с 3 по 8 ноября. Команда: три молодые, очень красивые девушки-туристки из БГУ, будущие альпинистки, и автор этих строк в роли руководителя.

Поначалу я растерялась: кто будет учить новичков, кто будет навешивать маршруты, заготавливать дрова, разжигать костер? (Есть у меня подозрение, что наших потенциальных участников-мужчин испугали именно эти трудности. Впрочем, я могу ошибаться). А потом подумала: "Как кто? Сами! Если не умеем - будем учиться!" Когда в группе ребята, то девушкам таких дел не доверяют. Раньше не было возможности учиться, а сейчас - есть. Так что, пожалуй, и хорошо, что все так сложилось.

Доехали без приключений. По дороге в поезде занимались хозяйством: починили палатку, провели ревизию и перепаковку снаряжения и т.д. Кстати, экипированы мы были скромно, но вполне пристойно для первого выезда (спасибо руководителю туристской секции БГУ Тане Войтович!). Главное - все новехонькое! 50 м основной веревки резали прямо с бухты! В Житомире докупили на рынке необходимые продукты. Уступив домоганиям местных таксистов, мы скинулись по 2,5$ и приехали в Денеши на такси. По дороге таксист спросил меня: "Это ваши дочери?"

Людей и палаток в лагере, веревок на маршрутах было уже предостаточно, но люди долго еще прибывали, а потом без перехода стали убывать. Нас узнали, радостно встретили, стали приглашать поселиться поближе, но мы решили стать в сторонке и попробовать жить самостоятельно (после первой же ночевки пришлось отказаться от этого решения и воспользоваться приглашением учителя и старшего товарища - клуба "Зенит"). В тот вечер мы не стали рваться на стенку, а занялись обустройством быта. Как я и предполагала, нам и дров помогли заготовить, и показали родник, где брать воду, и даже мороженым угостили прямо у костра. Неподалеку стояла большая команда из Бреста, у них была гитара, и они пригласили и нас, и "Зенит" к общему костру. Когда мы уже спали, по соседству с нами поставили палатку прибывшие скалолазы из Гомеля и шумно обустраивались аж до 7 часов, а потом спали, в то время как у нас начался рабочий день. После этого случая мы переселились поближе к "своим" мужчинам. Переселению также способствовала кража половины наших припасов сала, колбасы и сыра вместе с мешком. Говорят, местные собаки. Под надежным крылом "Зенита" мы быстро забыли об этих бедах. Вторая ночевка прошла тихо и мирно. Не выспавшись накануне, день отработав на стенах на свежем воздухе, мы рано легли спать. В 7 часов у нас был подъем, зарядка, утренний кофе, купание в Тетереве, завтрак. И после всего этого все равно на маршруты было еще рано: туманно, сыро, холодно (хорошо еще, что без дождя и снега!), поэтому мы согревались разминкой-лазаньем по низу скал без страховки. Потом нас и скалы согревало нежаркое осеннее солнышко, и обстановка менялась до неузнаваемости: скалы плотно увешивались паутинками веревок, по стенам и лагерю деловито сновали скалолазы, позвякивая снаряжением. С наступлением темноты при свете фонариков начинали стучать у костров топоры, потом разносился запах пищи, затем звучала гитара. Кто-то уходил в местный бар либо на прогулку по окрестностям.

Наступила наша третья ночевка. Поужинали у общего с "Зенитом" костра, к которому постепенно стеклось все бодрствующее население лагеря, появилась гитара, песни и бесконечный чай затянулись далеко за полночь.

На следующий день прямо с утра лагерь стал быстро сворачиваться, люди - разъезжаться. Торопились позавтракать, сбросить веревки, чтоб пролезть еще пару-тройку маршрутов, и опять снимали веревки. Мы уезжали на следующий день, поэтому не создавали суеты у стен, а сразу после завтрака принялись готовить борщ на обед в большом котле. Дров благодаря друзьям у нас было достаточно: напилены, наколоты и аккуратно сложены, продуктов - тоже, пожалуй, даже больше, чем было до кражи ("Qui perdre - gagne!" - "Кто теряет - выигрывает"). Наш костер был прямо под маршрутами, поэтому все знали, что у нас на обед. "Девушки, на борщ приглашаете?" Мы приглашали всех.

В то утро мы не возражали, чтоб Алексей позаботился о нас и навесил маршруты. Обычно мы старались делать это сами, может быть, еще и потому, чтоб на первых порах избежать критикующих, оценивающих и поучающих зрителей, не всегда искренне доброжелательных. Для этого выбирали маршруты подальше, уединенные. Когда сами поняли, что мы умеем, чему еще нужно учиться, стали выходить к людям, пробовать другие маршруты, учиться у умеющих. Оказалось, что и нам не стыдно себя показать.

Когда все уехали, мне стало немного грустно, а вот девушки настолько увлеклись лазаньем, работой с веревкой и специальным снаряжением, что долго еще продолжали работать после наступления темноты при свете фонариков. Потом сами сняли веревки, притащили к костру, и уже после ужина, в тепле, у костра не спеша бухтовали веревки и собирали снаряжение.

В лагере еще недавно негде было ступить, чтоб не зацепиться за оттяжку какой-нибудь палатки, сейчас же на поляне осталась только наша одинокая желто-зеленая палаточка. Гуще опустился туман, который держался еще с утра и все пугал возможным дождем. Сейчас он дрожал дисперсией в луче фонарика, конденсировался в капли. Время от времени капли срывались с веток и шуршали по опавшей листве, создавая впечатление крадущихся шагов, что заставляло настороженно прислушиваться. Из оставшихся продуктов мы приготовили очень вкусный ужин. В течение трех дней мы славно поработали, хорошо отдохнули, подружились и сейчас тихо-мирно, немного грустно беседовали, сидя плечом к плечу у костра и глядя в огонь, и даже долгие паузы в разговоре были наполнены душевностью и взаимопониманием. Позвольте, уважаемые читающие, оставить в тайне темы наших разговоров - здесь были и такие, на которые говорить в других условиях и в голову не придет. Я уверена, что этот первый выезд сдружил нас и запомнится надолго…

Ночь прошла спокойно. Подъем и завтрак были по расписанию, в 10 часов маршрутное такси до Житомира, и дальше - почти пустой вагон до Минска. А в Минске - обычные будничные дела. И уже через два дня казалось, что со времени поездки прошло по меньшей мере два месяца.