Этот таинственный Цей.
Вторник, 17 Августа 2010
Image
Про альплагерь «Цей» и Цейское ущелье я слышал много. Слышал, что это мочевой пузырь Кавказа, и что дожди идут там неделями без перерыва. Слышал, что подходы на ночёвки там невероятно длинные и категорированы туристами, а описаний маршрутов нет вообще. Временами такие слухи навевали тоску, но как очень ёмко заметил Лёша Хоружко: «мы ведь в горы едем, а не на пляж». Собственно, так и вышло. Жаль только, что сам Лёша не поехал.

Первое, что меня серьёзно удивило по приезду – это розетки, торчащие из деревьев. Фонари, висящие чуть выше. Прогноз погоды на столике администраторши. Всё это было в диковинку и необычайно приятно.

Image

Погода, кстати, стояла аномально великолепная большую часть времени. Дождь моросил лишь пару дней по утрам, а потом как-то и вовсе перестал. В душе обещали горячую воду круглосуточно, хотя уже через день попросили ходить в душ реже, времени проводить там меньше и тратить его только на то, чтобы помыться. Чувствую, многие восприняли это как личное оскорбление!

То ли от того, что нас приехало аж тридцать человек, то ли просто по доброте душевной, руководство лагеря выделило нам комнату на четверых человек. Мы бросили жребий, чтобы узнать, кто там будет жить и выпал он четырём инструкторам. Удивительное рядом.

Image

Поставив лагерь, на следующий день пошли на акклиматизационный выход в сторону Сказских ночёвок. Поднялись на 800 метров выше уровня столовки, и благополучно спустились. Долго сверяли нитку маршрута на Кальберг с тем, что видели, после чего осталось навязчивое впечатление, что кто-то напутал, и в путеводителе вместо 4Б написал 2А. Впрочем, как я уже сказал, погода стояла хорошая, жажда не мучила, рюкзак был пустой, так что было настолько легко гулять по склону во время этого выхода, что волнения быстро утихли сами собой. Мало ли кто там чего навыдумывал.

Image

Следующим днём пошли на скальные занятия. Мы, как старшие разрядники, заняли два маршрута – f5с и f6а (они были подписаны). Костя Хоменков полез с нижней пятёрку, и очень быстро пролез. Я же корячил шестёрку долго и с большим трудом. Потом мы все вместе её корячили, и когда уже было, думали, что пролезли её как следует, увидели, что там ещё треть маршрута проходит через внушительное нависание.

Image

Всё это настораживало. Как бы вот он, здешний уровень! В конце концов, плюнули на такую шестерку (мало ли какие скалолазы только до шести считать умеют), и пошли лазать на своих точках. Мне очень хотелось забить хотя бы один якорный крюк, но, как назло, забить было некуда. И незачем. Так что ничего не вышло. Налазившись, отправились в лагерь.

Уже тогда, кстати, в лагере сидеть не было никаких сил. Так можно было просидеть все сборы. Мы определённо созрели для того, чтобы выпускаться. Михалыч страшно сопротивлялся и хотел отдать под выпуск весь следующий день, но мы всё-таки как-то договорились на то, чтобы завтра и выходить. Для этого вечером посетили учебную часть. Начальник учебной части, Аношин Георгий Германович как бы случайно высказал Михалычу предложение сходить первопроход. Поискать маршрут 2Б. А мы возьми да и согласись. Мы-то первопроходы не ходили никогда. Ну, в самом деле, почему бы и нет? Такое положение неожиданно удивило Аношина. А в добавку к первопроходу решили сходить 3А на пик Николаева. Для плавной разминки и руководства Диме Глиндзичу.

И вот, если есть «начучи», которые требуют зачёты, нахоженные горы, и чтобы девушек было не более одной в группе, то Аношин требовал, чтобы был качественно оформлен маршрутный лист и выбрана достойная гора. Обязательно чтобы были профиль маршрута, схема UIAA, словесное описание, тактический план, карта-схема района с путями подхода и отхода, снимки из гугл мапс и статья из википедии на тему расшифровки обозначений, используемых при оформлении маршрутных листов. В двух экземплярах. Плюс к этому план восхождений с росписями участников спортивной группы, инструкторов, и девушки из столовки, готовящей вкусную яичницу за 50 рублей. Рисовали мы всё это полночи, а потом ещё и полдня, отведённого на подход и снежные занятия. Намаялись с этими бамажками – словами не описать.

Image

Когда выходили, сил уже никаких не было. Так, во всяком случае, казалось. Про тропу мы знали, что их две. Одна верхняя, другая нижняя. Где-то крест ещё стоять должен. Более того, у нас собой был путеводитель, в котором была напечатана фотография с жирными красными полосами на ней, отмечающими пути подходов к ночёвкам. Очнулся я, когда мы начали карабкаться по какой-то неистовой, почти отвесной сыпухе. Ещё отметил про себя, что здорово, что мы здесь поднимается, а не спускаемся. Потом спускались, продирались через адский лес, где с моего рюкзака стянуло сушившиеся на нём носки, а с руки сорвало часы. Помню, я злостно матерился, застревая между густо растущих деревьев.

Image

Тем временем новички, а мы их хорошо видели, сидели внизу, отдыхали, и кричали нам что-то неразборчивое. В очередной момент, стоя на крутом травянистом склоне и держась обеими руками за куст борщевика, я, вдруг, осознал, что полон сил и решимости спуститься вниз во что бы то ни стало. В этот же момент Дима Глиндзич матерился где-то чуть выше, сломав пополам свою треккинговую палку.

Каким-то чудом мы всё же спустились к леднику.

Ещё не совсем растеряв остатки гордости, к новичкам не пошли, а вместо этого перебрались через речку, и пошли искать переправу через вторую. Тут я уже заметил, что набираю в бутылку полтора литра воды, развожу цевиту, а после того, как все попили надо набирать воду снова. Сушить начало во всю силу. Но мы не сдавались, и не найдя переправы через реку, пошли искать дорогу через ледник. Шли по нему, шли, и в какой-то момент стало так тяжко, что мы присели отдохнуть. А минут через пять нас настигли новички и младшие разрядники. Тоже с кислыми физиономиями.

Image

Предположительно, до ночёвок оставался последний взлёт, хотя у меня было стойкое ощущение, что ночёвки там будут в любом случае. Собравшись с силами, вcкарабкались наверх. А там, буквально метрах в двухстах, и, правда, виднелись ночёвки. Стоит ли говорить, что на снежные занятия в этот день не пошли. Через день у нас был намечен первопроход, и времени терять совсем не хотелось. Так что утром собрались раненько и поспешили добраться до хижины, чтобы сфотографировать гребень и отдохнуть перед восхождением.

Image

Вторая часть подхода далась значительно проще (три с половиной часа против пяти), хотя технически была более насыщенной. Просто какая-то виа феррата. По дороге встретили гуляющего в тех местах МЧСника, который удивился нашим планам не меньше Аношина. Сказал, что уже ходил тот первопроход, и собирался оформлять, но никак руки не доходили. Пожав плечами, пошли дальше.

Image

По дороге Дима всё расхваливал, как удобно ему стало ходить со сломанной палкой. Особенно траверсировать крутые склоны. Мол, наклон же. С одной стороны удобно короткой палкой тыкать, а с другой длинной. А у него как раз, так и есть. Так до конца сборов и проходил. Я уже так и вижу, как Дима будет покупать новые палки и прямо в магазине ломать одну пополам.

Добравшись до хижины, сначала просто не поверили, что там есть места под палатки. Но при ближайшем рассмотрении оказалось, что есть. Небольшие полочки на крутом склоне над хижиной. Настолько небольшие, что если поставить палатку, то ходить уже негде.

Image

В хижине жило несколько человек, но они на следующий день собирались вниз. Сходили, сфотографировали гребень. За это время в хижину спустился ОБэшник с напарником. Ответственным за безопасность оказался бородатый дядька по фамилии Лицкевич, родом из Гомеля. Конечно, мы уже не удивлялись, когда узнали, что Аношин его тоже подбивал на этот же первопроход.

Image

Палатки поставили на самом верху, чтобы, если наши товарищи, которые должны были подойти завтра, не поместятся в хижине, и будут ставить палатки – не закидали нас камнями. Живописнее места придумать было невозможно. Быстро соорудили большую кухню и маленькое кресельце. Дима от обилия впечатлений, пока ставил палатку, не заметил, как сломал дугу в двух местах. Чинили. В общем, выглядело всё более чем уютно. Жарили сало с луком, варили супы. А хорошенько отужинав, легли спать.

Image

Подъём был запланирован на рекордные два часа утра. Всё дело в том, что первопроход предполагает уйму вещей, которыми никогда не станешь заниматься во время обычного восхождения. Тут и конспектирование пройденных участков и фотосъёмка. А исследование различных вариантов приводит к тому, что маршрут удлиняется раз в пять. Мы хотели получить максимум светлого времени на эти дела.

Вышли в три, спустились на ледник, и весело потрусили на перемычку. Первая неожиданная трудность возникла перед нами в виде огромного бергшрунда. Решение оказалось довольно простым – приспустились из этого, и зашли в нужный кулуар. К пяти уже сидели на перемычке, пили чай с конфетами и дожидались, пока окончательно рассветёт.

С рассветом двинулись дальше, и всё шло хорошо и логично до последнего жандарма в гребне. Пыкались-мыкались мы с ним. И справа пробовали, и слева, и в лоб и только что подкоп рыть не стали. С какой стороны на него не посмотри – всё как-то сложнее, чем надо.

Image

Стоит отметить, что френды на маршрут я взять забыл, а закладки не брали, потому что брали френды. В результате страховались за выступы. В конце концов, исследовав каждый закуток гребня, нашли снежный кулуар и одолели его. Диме, правда, пришлось здорово раскорячиться в верхней части, на коротком куске льда. И даже закрутить один бур. А так маршрут получился в суровом духе Цейского ущелья.

Image

Спустились по единичке, сначала по турам, а потом всё больше по азимуту в сторону перевала. Было предложение маршрут назвать «Брестская крепость». Дело в том, что воды на ночёвках нет. Набрать её с вечера поленились, решив, что на чай утром хватит, а на восхождение наберём на маршруте. До сих пор удивляюсь, как такая идея вообще родиться могла. Зато вечером уже напились вдоволь.

Следующим днём отдыхали, а чтобы отдыхалось веселее, провели ледовые занятия. Далеко ходить не стали. Нашли наиболее широкую трещину и опустили туда Костю. После спуска стали думать, как нам вызволить Костю из холодного мрака жуткой трещины. Вытянули полиспастом.

Image

Выглядел он сильно взбодрившимся. Диму тянули уже просто «пердячим паром». А Саше Носову предложили вылезть самостоятельно, как ему захочется. Саша попыхтел, но вылез. И так это дело понравилось всем, что каждый потом ещё полазал.

Image

В трещине, первые метров десять лёд рыхлый, инструмент и кошки заходят как по маслу. Но ниже, есть какая-то граница, когда лёд становится очень твёрдым. Неточеные кошки лёд только царапают, а ледовый инструмент входит едва-едва.

Image

Вернувшись, решили подъём устроить на четыре часа утра, чтобы утром меньше напоминать живых мертвецов. Так и поступили, а к пяти уже были на перевале Хицан. Не задерживаясь там долго, увидели шикарный рассвет в Цейском ущелье, под ледопадом. Вообще, тройка А на пик Николаева прошла почти как по маслу. Только на последних верёвках произошёл оптический обман. Дима увидел снежный гребешок на фоне неба и не рискнул идти к нему, хотя на той стороне был пологий снежник и «крыша». Вместо этого сделал станцию в таком месте, где даже чихнуть страшно было. За что не возьмись, всё начинало скрежетать и грозить обвалить на нас огромные валуны. Лезлось там тоже сопливо.

Первым делом, на вершине, видимо от переизбытка чувств Саша Носов выкинул свою каску. Потом опомнился, правда. И хорошо хоть выкинул в сторону спуска, так что мы её благополучно подобрали. Спускались снова по единичке, и мне показалось, что сложнее единички я никогда не видел. Какое-то неистовое лазание. А говорят эталон.

На спуске встретили наших новичков, которые перед нами поднялись на пик Николаева по этой единичке. Преодолев берг, не развязываясь, начали спускаться по длинному снежному склону. Через некоторое время это наскучило, и решили глиссировать. Тоже не развязываясь. Втроём. Веселее занятия не сыскать. Заодно отработали снежные занятия. Уже практически проехав место, где снежный кулуар сужается до метров двадцати, остановились передохнуть и я услышал какой-то шум наверху.

Image

Сверху на нас, подскакивая на бугорках, на попе ехала Ксюша. Без ледоруба и кошек. Приближаясь к хаотично лежащим в кулуаре камням, истошно визжала, так, что холодок проходил по спине. Но каким-то образом ей всё-таки удавалось их объезжать. Метнулся к ней и с криками «твою ж мать» остановил. Живая и практически целая Ксюша хлопала глазами, беспорядочно что-то пыталась делать и категорически отказывалась вставать и идти куда-то дальше. Но потом, конечно же, пришла в себя, собралась и мы спустились к палаткам.

Image

Уже который день идиллию на наших ночёвках нарушали козлы, устраивая всем стадом ежедневный обход территории по полке в двадцати метрах над нашими палатками. Как и сам район, козлы тут суровые. Лицкевич рассказывал, что ошалевшие от нехватки соли животные выгрызли часть тропы, которую, в качестве туалета использовала какая-то девушка. В общем, и девушка, конечно, молодцом гадить на тропе, но и Лицкевич нам дал строгий указ ходить в туалет минимум за сто метров на специально оборудованную полку.

И вот, эти, не побоюсь этого слова, козлы, во время очередного обхода владений сбросили камень. Камень просвистел рядом с палатками, в непосредственной близости от Саши Носова, который после этого весь вечер был возбуждён и активен. Назревала мысль, что мы тут задержались.

Image

Спустились вниз и принялись снова выпускаться. Ни одна гора в районе не выглядит так мощно, как Чанчахи. Так что мы захотели попробовать свои силы на «четвёрке б» по западному гребню. А если всё будет удачно, запланировали 5А на Уилпату – высшую точку района, также не самую простую вершину.

Image

Опять полдня рисовали карты района и схемы уиаа. Я по Чанчахи, как руководитель, а Дима по Уилпате. А потом и вовсе Дима всё дорисовывал, пока я разбирался с газом, продуктами и снаряжением для нас. С нами собрались Олег Иванов и мой отец, Анатолий Шелкович, или просто Михалыч, но они были заняты предоставлением в учебную часть общих планов сборов. В итоге вышли далеко после обеда и по дождю. Но, как известно, кто хочет лезть по погоде, подход идёт по дождю. Мокрые до последнего клочка одежды, дошли до «зелёнок», где заночевали.

Жить решили в трёхместной палатке валетом. И очень удачно. На второй день стали уже на снежном плато под вершиной.

Image

А с утра, оставив треккинговые палки и рюкзак с едой и лишними вещами, направились к началу маршрута. На перевал влезли с отличным, боевым настроем. Возможно, этому способствовали периодические попытки Олега стереть нас в порошок мощными камнепадами. Через несколько часов движения мне даже начало казаться, что это у нас такая тактика восхождения: Олег чистит маршрут, а мы крадёмся следом.

Image

К часу вылезли на площадку перед основным взлётом и крепко задумались. На связи был Миша Пучков с Адайхоха и Коля Свиридов с Дубльпика. Миша ждал нас на вершине, чтобы узнать новости, а Коля с Костей и Сашей лезли параллельно нам на соседнюю вершину. Временами мы даже слышали их команды. Доложил, что мы приступаем к обработке ключевого кулуара. Это потому что в описании нам надо было в кулуар. Сам-то я никакого кулуара не видел, и даже не предполагал, где бы он тут мог быть.

Первым предложением было обойти эту страшную дуру в виде основного взлёта справа по склону. Такое предложение было отметено как недостойное. Разве затем мы сюда пришли, чтобы обойти весь гребень. Кроме того для этого надо было сильно спуститься и идти далеко в сторону, от гребня. Альтернативное предложение звучало как вперёд и вверх. Были определённые сомнения, но временами меня подбадривали дюльферные петли, хотя я и понимал, что если тут спускались – это не значит, что тут кто-то поднимался. Зато петли эти были всегда.

Первая верёвка далась легко. И, казалось бы, что полдела сделано, но как оказалось – только казалось. Прошла четырёхчасовая связь, пять часов, а в наш актив добавились лишь две неудачные попытки пройти куда-нибудь дальше. Кроме того, от всех этих попыток лезть первым куда-то ещё мне совершенно расхотелось, и тогда испытать удачу решил Дима. Одел кошки, взял инструменты и пошёл рубиться в ледовый кулуар. Однако, вблизи оценив всю степень его крутизны, вернулся назад.

Делать было нечего и я, прожевав сопли, полез снова. И к семи часам, с криками ликования таки закрепил перила. Это было трудно, но это было только начало. Через пять минут, снизу послышались стоны и рыдания. А через полчаса появился крепко выжатый цитрус, в котором я, исключительно по усам узнал Михалыча. Михалыч сообщил, что остальные, наверное, умрут, но точно к нам не поднимутся. Уж больно тяжелы рюкзаки, а без грудной обвязки, начав лезть, передохнуть можно было, только добравшись до верха. Полиспастом вытянули рюкзак Иванова, а потом, после того, как поднялся он сам, вытянули и Димин рюкзак вместе с самим Димой.

К девяти прошли ещё полторы верёвки. Начало стремительно темнеть и мы принялись копать и рубить площадку под палатку. Площадку сделали хорошую, но палатку в потёмках поставили криво. От того, что часть палатки свисала в пропасть, пространство в ней резко сократилось. Причём настолько, что сидели друг у друга на коленях. Как в такой обстановке ещё и удалось приготовить ужин – загадка. Спать пришлось поперёк, с поджатыми ногами. То ещё удовольствие, надо сказать.

Утром палатку переставили на 30 см ближе к стенке, натянули над пропастью тамбур, в общем, укрепились знатно. А всё почему? Потому что не видно ни зги было, сквозь туман и снег.

Весь день, да что там, все остальные дни прошли под девизом – не можешь разделить, так свари это. Варили и хлебные крошки, и леденцы, и шкурки от чеснока, и даже паштет. А если не варили, то спали. А если не спали, то следили за показанием барометра на Диминых часах. Давление многообещающе ползло вверх. К вечеру так и вовсе мы ликовали, потому что увидели и противоположные вершины, и в каком непростом месте стоит наша палатка и даже куда нам следует идти дальше. Скрестив пальцы и переживая, как бы погода продержалась до завтра, улеглись спать.

Image

И утром погода сохранилась. Не теряя ни минуты, двинулись вверх. Скалы припорошил снежок, от чего лезть по ним стало только интереснее.

Image

Набравшись сил за день отдыха, рванул вперёд. Однако, метров через 90 бодрого лазания кислород закончился. Я стоял, дышал-дышал, но каждое движение стало чем-то запредельным. В полумраке дошёл последние пять метров, потратив на это целую вечность и принялся выбирать Диму. Дима так не спешил, так что дал мне отдышаться. Дальше уже я и сам так не спешил.

Image

Гребень стал положе и спустя какое-то время мы всё-таки ворвались на вершину Чанчахи. Связи не было, так что об этом радостном событии никто не узнал. Посидев для приличия немного наверху, приступили к спуску.

Image

До этого я за спуск сильно не беспокоился. Сам-то я по пути подъёма спускался редко, в основном по простым скалам, или по льду, и полагался на более опытных в этом вопросе товарищей. Товарищи, как потом выяснилось, так были впечатлены подъёмом, что в жутких кошмарах представляли себе спуск. Но мы не отчаивались, и сначала всё шло даже хорошо.

Image

На последнем перед палаткой дюльфере, я расслабился и сделал неосторожный шаг, отчего вывалил на себя здоровую каменюку. Сам успел увернуться, но на расстоянии в полметра от меня, как ножницами сразу в двух местах обрезало страховочную верёвку. Вторая, дюльферная, чудом уцелела. И то пришлось отвязываться и пропускать её между камней, чтобы пойти дальше. Сказать, чтобы этот случай впечатлил – это всё равно, что промолчать.

Собрали палатку, а впереди лежали четыре верёвки страшной неизбежности. Пройдя две из них заметил, что на снегу лежит какая-то чёрная пластмасска. Сначала подумал, что кто-то потерял часть телефона. Потом сообразил, что когда мы поднимались, её тут не было. Значит наша. Ехидно ухмыльнулся, но тут же, присмотрелся, и холодок прошёл по моей спине. А прощупав карман, подтвердил грустную догадку – это часть моего телефона. Наказав Диме страховать меня, пошёл по кулуару собирать запцацки.

Следующая верёвка была коварнее всех предыдущих. Она заканчивалась крупным карнизом, с которого струями текла вода. И за карнизом было спасение. Но стоило только мне к нему приблизиться, как сверху раздался грохот. Я поднял голову и, увидев, сколько же на меня «счастья» вот-вот привалит, только и успел, что вжаться в скалу и, пожалуй, ещё крепко зажмуриться.

Грохотало знатно. Отовсюду сыпалась земля и каменная крошка, что-то меня било по руке и я уже готов был взвыть от негодования, когда же всё закончит сыпаться! Открыл глаза – темно. Протёр очки – значительно лучше. Кругом летает пух из моего рукава, сам я с ног до головы в грязище. Первое, что сразу же, не скрывая радости, крикнул: «Живо-ой!». И тут же юркнул под карниз.

К перевалу, как не спешили, спустились уже в полной темноте. Тоска обволакивала сердце и желудок, когда мы смотрели на рюкзак с провизией, мирно покоящийся на леднике под нами, но пришлось сделать ещё одну ночёвку.

Image

Утром же, то ли от общей усталости, то ли от завтрака из леденца, ещё пять часов спускались с перевала, после чего отъедались, как только могли. Пили даже кисель, хотя немалую его часть просто так съели вприкуску со снегом – делали мороженное.

Image

Отъевшись, помчались вниз, и добежали в тот день прямо до зелёнки. К сожалению, даже если по времени мы на Уилпату ещё сходить успевали, даже если бы в нас нашлись силы и желание это сделать (что, на самом деле вряд ли), у нас не было ни одной целой верёвки. И даже у наших товарищей, которые спустились днём раньше с Дубльпика были перебиты обе. Хлебнули они приключений не меньше нашего.

Image

В лагере новичков ждало посвящение в альпинисты. Получилось оно исключительно в цейском духе – суровым.

Image

Image

Очень хотелось сходить ещё что-нибудь. Но времени было впритык, и мы уехали на Казбек, тогда как Дима, Саша Ананич и Саша Носов отправились на пик Вильса закрывать Саше Ананичу второй разряд. Да и в самом деле, давно уже пора было.

Image

В этот выезд были побиты (зверски) все рекорды и установлено немало новых. И пусть мы не сходили много маршрутов, пусть не закрыли много разрядов, пусть даже многие на разряд вообще толком ничего не сходили. Зато мы видели необыкновенно красивые горы, пугающие и завораживающие своей мощью и даже нашли в себе смелость для того, чтобы попытаться взойти на них.

Image

 

Комментарии  

 
#1 Хоружко Алексей 2010-08-17 22:59
 
 
#2 Ксюша Тырсикова 2010-08-17 23:18 огогогого какой замечательный рассказище!)))
Молодец!
 
 
#3 Полина 2010-08-18 00:07 )))))умница!
 
 
#4 Антон 2010-08-18 00:47 Спасиба :)
 
 
#5 Marina 2010-08-18 11:34 Эх, очень здорово, жалко, что меня с вами не было( Но вы - нереально круты!
 
 
#6 bodmnc 2010-08-18 13:23 Цудоўна атрымалася! Смяяўся! :) Як кажуць (цяпер), "Чанчахі!!"

P.s. пачытаў.. і пайшоў збіраць інфу з Google Earth па Хіцану, мяляваць профіль маршрута, схему UIAA, вуснае апісанне, карту-схему, пашпарт первапрахода, 150 фотак, замеры вышынь, азімутаў, перавалаў, перамычак і кучу нататак з маршрута, якія скончваюцца коратка "..2Б? *опа!".

Anoschin ueber alles!
 
 
#7 маруся 2011-08-16 14:57 Святая правда! Мы тоже вернулись на прошлой неделе из Цея…
 

У Вас недостаточно прав для добавления комментариев.
Возможно, вам необходимо зарегистрироваться на сайте.

Использование материалов сайта разрешается только при наличии ссылки на www.nadir-minsk.com






Забыли пароль?
Вы не зарегистрированы. Регистрация

Счётчик улиштеков

  • История моих тренировок
  • Новости фронта
  • Топ 10
  • Новости счётчика
Загрузка данных...
Успешно добавлены
Счётчик доступен только зарегистрированным пользователям.



Яндекс.Погода



Каталог TUT.BY

Rating All.BY

Rambler's Top100